?

Log in

No account? Create an account
Белый Квадрат.2001.

klaustromax


Арт-завод Баранова

Искусство заключается в том, чтобы посредством наипростейшего выразить наисложнейшее (А. Платонов)


Previous Entry Share Next Entry
"Руками трогать разрешается!" Послесловие
Белый Квадрат.2001.
klaustromax


 Лена Бертолло и Михаил Кузьмин побудили меня сформулировать итоги проекта: зачем мне, художнику, это было вообще нужно и какой вышел результат ? Ниже пара страниц  - попытка подвести итоги.

 

Один из главных страхов художника в частности и человека вообще  – потеря зрения. Между тем, на свете – в темноте – живет довольно много людей. Кто-то не видел никогда, кто-то видел и перестал. Первую половину своего детства я жил в хрущевском «экспериментальном» - с крохотными кухоньками (3 кв.м.) – доме, где в соседях было несколько семей слепых (предполагалось, что такая «экспериментальность» для них удобна). Поэтому  держащиеся за руки люди с белыми тростями, осторожно идущие через двор – обычная картинка из моих ранних лет. Слепые жили рядом с нами, с их – зрячими – детьми я был в одной компании и не особенно задумывался, насколько особенна их жизнь.

Идея сделать выставку «для слепых» – не моя (да и не новая). Отнесся я к ней -  не скажу, чтобы с особенным энтузиазмом. Но  принцип ни от чего не отказываться обычно себя оправдывает. Начни делать – и находки будут. Однако, любой проект я, в первую очередь, делаю для себя. Я – первый зритель и главный «проживатель ситуации». Поэтому,  согласившись стать куратором проекта «Руками трогать разрешается!», я решил делать событие как новый эстетический опыт именно для зрячих. Интересно, во-первых, что и как будут чувствовать люди, вдруг временно лишенные зрения; во-вторых, что нужно им «показать», чтобы чувства были наиболее яркими? Опыт того же московского ресторана «В темноте» показывает, что одно и то же видимое и невидимое – совершенно разные вещи.

Но возможность приобщить инвалидов по зрению к искусству им недоступному – изобразительному – тоже была важна, хотя я и отдавал себе отчет, что миссия почти невыполнима: общение с любым искусством требует навыка, постижения азов.  Большинство уже реализованных проектов «для слепых» мало имели отношения к искусству:  доминирующий иллюстративный метод – макеты архитектурных сооружений, выпуклые силуэтные картинки – скорее  образовательный.  Какое эстетическое представление о башне Эйфеля дает ее макет?  Ведь главное в ней не конструкция, а – грандиозность, масштаб, вписанность в пространство.

Поэтому особенностью  проекта Омского музея изобразительных искусств должна была стать другая доминанта – восприятие абстрактного образа. Были отобраны живописные работы с интересными, разнообразными фактурами. Более того, изображали они «Солнечный ветер», «Структуры Вселенной» (Е. Дорохов) или, напротив, «Теплый вечер», «Лето в деревне» (Г. Баймуханов) - понятия, одинаково доступные (или недоступные) всем.   «Скульптурный» блок был более традиционен, конкретен: бронзовые «гладкие» бюсты композиторов (Ф. Бугаенко) – как связь с музыкой, стальные «колючие» «Дон Кихот» и «Афина» (А. Капралов) – связь с литературой. Была здесь также связь и с городским пространством: скульптуры Ф. Бугаенко и А. Капралова украшают скверы и площади Омска.

В подборе этих авторов выдерживался и другой - «музейный» - принцип: правила музейного хранения не позволяют дотрагиваться до предметов коллекции. Но работы именно этих авторов есть в коллекции музея, и представленные на выставке произведения из их мастерских максимально похожи на музейные. Более того, техника Г. Баймуханова в отобранных работах весьма похожа на технику В. Ван Гога, а композиция «Лета в деревне» сходна с «Пейзажем в Овере после дождя». Таким образом, дотрагиваясь до полотна омского художника, «зритель» мог представить себе произведение  великого голландского мастера.

Традиционным элементом  выставки «для слепых» были также разнообразная по форме и фактуре  керамика и текстильное ДПИ.

Настоящим же «гвоздем» программы было включение в экспозицию работ специально сделанных «для троганья»:  холстово-проволочная «Шерсть» омички  Анны Терешкиной и керамически-силиконовый «Неомодерн» тюменца Станислава Симонова справедливо собрали наибольшее число эмоциональных откликов и во многом определили перспективы развития проекта в дальнейшем.

Реакция «зрителей» была в основном положительна, но неоднозначна.  Большинство отказывались завязывать глаза, но радовались уникальной возможности дотронуться до произведений известных художников. Те же, кто включался в игру «по-полной», получали, по их словам, сильные впечатления. Жаль, что я уже изначально был их лишен.

Слепые также были на выставке. С их реакцией сложнее.  Главной эмоцией для них был сам факт нахождения в самом необычном для них месте города – музее изобразительных искусств. Для организованных групп были проведены экскурсии, одним из элементов которых было «посещение мастерской художника»: можно было взять палитру, кисти, ощутить запах красок и растворителя, провести  кистью или мастихином по натянутому холсту, ощутить его упругость и услышать его гул.

Звуки и запах – важнейшая составляющая восприятия мира слепыми. Это выявилось особенно при общении с группой детей и их педагогов из интерната.  Дети даже своих педагогов  чаще определяют по запаху, поэтому те не меняют духи. В конце экскурсии детям было предложено «запомнить, как пахнет музей». Дети нюхали, смотрительницы утирали слезы.

На «разборе полетов» после закрытия проекта совместно с представителями Общества слепых было высказано несколько ценных соображений. Незрячие дети и незрячие взрослые по-разному готовы к восприятию мира и искусства. Детей учат пониманию через узнавание предметов и образов. Они пока не готовы понятиям абстрактным. Взрослые же просто не имеют опыта общения с «молчащим»искусством. Однако, редкие среди незрячих художники – все абстракционисты. Известный депутат ГосДумы Олег Николаевич Смолин, незрячий, был в мастерской Г. Баймуханова и с удовольствием «смотрел» работы. Поэтому логично делать разные проекты – для детей и для взрослых.

Проблема еше и в том, что этикетки по-Брайлю могут прочитать только единицы: мало кто умеет, почти только  воспитанники  детского интерната.

Так что, над следующими версиями проекта нужно еще много работать. Есть идея по созданию авторских тактильных книг – как для детей, так и для взрослых – с учетом  особенностей восприятия.

Теперь про акцию, с которой начался проект и в которой я сам шел с завязанными глазами с поводырем по центральной улице Омска. К тому, что ты не будешь видеть, уже готов. Не готов к тому, что почти ничего не слышишь, кроме шума автотранспорта. Город оглушает.  Я не видел реакции прохожих, ни о чем не думал, я сосредоточился на преодолении нескольких сот метров пути. Конечно, это было не совсем по-настоящему – с поводырем, но тоже ценно. Ценно в преодолении страха.

Когда-то, лет 10 назад, я стал задумываться – а что если?..  Всякое бывает, а я ведь художник…

Однажды приятель-сексолог рассказал, что к нему ходит пара слепых. «Ты знаешь, - признался он, - они задают такие вопросы, что это я чувствую себя инвалидом».

За время подготовки проекта я узнал многое, чего не знал до тех пор, но о чем догадывался. Они не такие, как мы. Другие. Их слух, обоняние, осязание намного превосходят наши. Они работают на компьютере: есть программы, дублирующие текст голосом. Скорость речи там такая, что я не могу разобрать ни слова, только короткий резкий звук. Они – могут. И память у слепых другая. 11-летний мальчуган читал стихи Бродского. Много.

Музыка тоже. Рей Чарльз, Стив Уандер…

Надо не бояться. Надо работать. Слепым детям давать трогать не рельефные имитации, а настоящих зайцев. Читать вслух книги, давать слушать музыку – разную. Взрослых вовлекать уже в творческую работу. У них многому можно научиться, многое можно узнать о том, чего мы – не слышим, чего не чувствуем, чего не знаем.


Материалы о проекте можно посмотреть по тегу "на ощупь".

  • 1
лет 7 назад работал с режиссером, который снял фильм о мальчике-инвалиде детства. у него нарушенная координация, он почти не ходит, почти не управляет руками, с трудом двигает головой. на день рождения ему подарили компьютер - ему на тот момент было лет 10-12, он научился набивать тексты - носом. написал повесть, отправил на конкурс в Екатеринбург,(название типа "Молодые таланты", не помню точно, всероссийский конкурс), занял 1-е место. оттуда позвонили пригласить на вручение приза - и поверить не могли, что это он написал. в итоге - убедились, что не подстава, привезли, вручили. в жюри был московский писатель, он рассказал режиссеру о мальчике, так получился документальный фильм.
так вот, читал я главы из этой повести (к сожалению, тогда не получилось записать себе всю повесть), текст обалденный, сюжет ни на что не похожий.

так вот, после той истории я сильно пересмотрел свое отношение к таким детям. ну и когда возникают умники с идеями усыплять таких инвалидов, я этого пацана вспоминаю - носом больше ста страниц наколотил.

нужны самоотверженные талантливые педагоги - и, я убедился, они есть. И нужны механизмы встраивания других людей в общество, пути использования их уникальных способностей. Какова дальнейшая судьба того пацана?.. Мы не знаем. Но догадываемся.

Очень хорошо -сам подход. Сложная для воплощения идея, но получилось!
А идея столь интересная, что ...прямо не знаю, куда бы это рекомендовать, отправить, кого бы обратить внимание, так интересно.
У меня в курсе философии культуры, который продумывала лет пять, есть такая тема (раздел): органы чувств как "органы культуры". Кое-что ты мне своей концепцией выставки подсказал. Спасибо!

я рад!
Надеюсь на продолжение проекта в виде серии тактильных книг. Этот вариант мне видится наиболее убедительным и интересным. Но сейчас нет времени, а откладывать тоже боюсь: замылится в суете и новых проектах. Обычное дело. Недавно открыл папку, где копятся идеи, ждущие реализации. Некоторые ждут уже лет 10. И, видимо, уже не дождутся.

не читал, конечно( Очень интересно, дочитаю вечером. Спасибо!

Сергей, мы в Миллениуме проводим выставку кукол, игрушек и объектов http://vkontakte.ru/event28416279, очень хотим ваших щелкунчиков, вот этого дяденьку, ну, и вообще вас. Мы сможем вывести и отвезти обратно работы.

  • 1